КУЗНЕЦОВ А.А., ЧЕПУРНОВ Н.И. "НАГРАДНАЯ МЕДАЛЬ (1701-1917)", 1992

СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ

МЕНЮ САЙТА wap.cartalana.org

27 марта был убит матрос Пищенко. Его десятилетний сын, оставшись один, пришел на четвертый бастион, где научился стрелять из мортир. А когда перебило всю прислугу, он один продолжал наносить удары по передовым окопам противника. Этот юный защитник также был награжден серебряной медалью "За храбрость", а к концу осады заслужил даже знак отличия ордена св. Георгия.

Обстановка в Севастополе все больше накалялась. Обе воюющие стороны готовились к решающей схватке. Днем артиллерия противника разрушала линию укреплений, но утром следующего дня союзники с удивлением обнаруживали, что за ночь все было восстановлено и защитники снова готовы к бою. Противник перешел к навесному огню из мортир, мешая производить восстановительные работы.

7 марта на Камчатском редуте разрывом неприятельского ядра был убит контр-адмирал В. И. Истомин. П. С. Нахимов, посылая брату известие о его гибели, писал: "...Вы знали наши дружеские отношения и поэтому я... посылаю вам кусок Георгиевской ленты, бывшей на шее у покойного в день его смерти; самый же крест (Георгиевский 2-й степени) разбит на мелкие части..."16

16. Вайда С. Адмирал Нахимов. М., 1945, с. 55.

26 марта Нахимову было присвоено звание полного адмирала, и теперь на него одного навалились все трудности и заботы обороны.

Мартовская бомбардировка унесла огромное количество жизней защитников Севастополя. Только раненых через руки Пирогова прошло около пяти тысяч. Он не уходил с главного перевязочного пункта, находившегося в здании Дворянского собрания, все это время. Днем и ночью "резал" и штопал людей. Целые лужи крови расплывались на паркете, их просто не успевали вытирать. Огромные деревянные бочки были заполнены отрезанными людскими конечностями17. Дом Гущина прозвали "Мертвым домом".

17. Порудоминский В. Пирогов. ЖЗЛ. М., 1969, с. 196.

Туда, после сортировки раненых, отправляли безнадежных, и это было равносильно смертному приговору.

А Севастополь пылал пожарами, и тушить их было некому. Все, кто еще мог держаться на ногах, работали на восстановлении линии укреплений. 6 июня 1855 года после очередной бомбардировки союзники предприняли общий штурм. Защитники города с великим трудом отбили наседавшего противника. Сказывалась нехватка людей и боеприпасов. Гарнизон Севастополя имел всего лишь 43 тысячи человек, а осаждавшие насчитывали до 175 тысяч.

Но сколько было совершено севастопольцами героических подвигов! Например, матрос 30-го флотского экипажа Петр Маркович Кошка наводил по ночам ужас на передний край осаждавшего противника. Он предпринимал самые невероятные по дерзости ночные вылазки в стан врага и почти никогда не возвращался без трофеев и ценных сведений для командования. (110 лет спустя его внук, обладая такими же боевыми качествами, погиб, защищая Севастополь от фашистских захватчиков.) Подобные подвиги совершали и многие другие: матросы Ф. Заика и А. Рыбаков, солдаты И. Шевченко и А. Елисеев, простые жители города. Они проводили ночные рейды на передней линии противника, уничтожали артиллерийскую прислугу, заклепывали пушки и выводили из строя вражеские батареи. Упорная война велась и под землей. Под позиции противника было прорыто 7 тысяч метров подземных галерей и совершено с помощью эффективного электрозапала 94 крупных минных взрыва.

28 июня 1855 года Севастополь постигло неутешное горе. На Малаховом кургане был смертельно ранен Павел Степанович Нахимов. Пуля пробила ему голову, и он скончался, не приходя в сознание. Но гарнизон не сдавался. К августу город казался вымершим. Почти все его здания были разрушены. Но среди руин все так же несгибаемо держались из последних сил его защитники.

5 марта 1856 года началась последняя, но самая сильная бомбардировка. На каждом километре вражеских позиций, напротив линии севастопольских укреплений, было сосредоточено до 150 орудий - небывалая по тем временам плотность огня... Задрав жерла, они за три недели бомбардировки выпустили по Севастополю сотни тысяч снарядов. Только за это время город потерял 20 тысяч защитников. Против одного Малахова кургана вели огонь 110 орудий противника.

27 августа в обеденное время начался последний штурм севастопольских укреплений. Второй бастион с гарнизоном 1100 человек отбивал атаки целой дивизии Дюлака. 1400 защитников Малахова кургана сражались до последнего момента с 8 тысячами штурмовавших. И только неприятельский снаряд, угодивший в пороховой погреб, решил разом судьбу сражения. Страшный взрыв потряс Малахов курган, и все было кончено...

Потеря ключевой позиции обороны решила дальнейшую судьбу Севастополя. Срочно был наведен через Южную бухту плавучий мост, и в ночь на 26 августа, взорвав сохранившиеся бастионы и затопив оставшиеся суда, гарнизон перешел на Северную сторону, оставив врагу лишь развалины Южной стороны города. Так окончилась героическая 349-дневная оборона Севастополя.

Только за один последний день и только на одном Малаховом кургане полегло 1697 русских защитников18.

18. Тарле Е.В. Крымская война. М.-Л., 1950, т. II, с. 507.

Узнав о сдаче колыбели Черноморского флота, император Александр II писал главнокомандующему Горчакову в Крым: "...Как ни тяжела материальная потеря Севастополя и унижения нашего... флота, но я сожалею гораздо более о дорогой крови, которая ежедневно проливалась героическим гарнизоном Севастополя. Поэтому я не могу не одобрить Вашу решимость очистить Южную сторону, что было исполнено очень удачно, благодаря плавучему мосту... Не унывайте, а вспомните 1812 год... Севастополь - не Москва, а Крым - не Россия. Два года после пожара московского победоносные войска наши были в Париже. Мы те же русские..."19

19. 1861 -1911. Крепостничество и воля. СПб., 1911, с. 163.

В октябре император Александр II сам прибыл в Крым в действующую армию. Обходя войска, благодарил солдат за мужество и стойкость. "...Именем покойного государя, - говорил он, - именем отца моего... благодарю вас..." В госпиталях Александр II обходил раненых солдат и матросов, "...благодарил лично за труды и страдания, раздавая подарки и награждал отличившихся. У Севастопольского кладбища, где мирно спят защитники города, государь с обнаженной головой вышел из экипажа, осеня себя крестным знамением, подошел к могильному холму и, упав на колени, долго и неутешно рыдал"20.

20. Там же.

Больше месяца он провел в Севастополе, находясь среди солдат. Там же своим приказом по армии, отданным 31 октября 1855 года, император установил специальную медаль для награждения защитников города. Он писал: "...Храбрые воины Крымской армии! свидание с вами доставило мне не выразимое удовольствие... Мне отрадно было видеть вас и любоваться вами... В память знаменитой и славной обороны Севастополя я установил, собственно для войск, защищавших укрепления, серебряную медаль на Георгиевской ленте для ношения в петлице!!"21 Эта медаль (диаметром 28 мм) стала первой наградой Крымской войны. На лицевой стороне ее изображены рядом два вензеля - Николая I и Александра II, увенчанных императорскими коронами. А на оборотной стороне, под лучезарным "всевидящим оком", мелкая четырехстрочная надпись: СЪ 13 СЕНТЯБРЯ - 1854 - ПО 28 АВГУСТА -1855". Ее окружает броская надпись, выполненная крупным шрифтом, вдоль края медали: "ЗА ЗАЩИТУ СЕВАСТОПОЛЯ".

21. Рихтер В.Г. Собрание трудов... Париж, 1972, с. 94, 126, 127, 187.

Эта медаль предназначалась для награждения всех без исключения защитников Севастополя, в том числе и женщин, "...которые несли службу в госпиталях или во время обороны оказывали особые услуги". Впоследствии право на получение этой медали распространилось различными дополнениями к приказу вплоть до вручения их "...наемным и собственным людям военных офицеров, находившимся на Южной стороне Севастополя при его защите..."22

22. Там же.

В собраниях коллекционеров встречается странная "гибридная" медаль "За защиту Севастополя" из светлой бронзы, лицевой стороной которой является вензелевая сторона медали "В память Крымской войны" со "всевидящим оком" над коронами. Возможно, эта медаль была пробной и осталась не утвержденной?

50 лет спустя, к юбилейной дате Севастопольской обороны, была отчеканена наградная медаль (диаметром 28 мм) из серебра и светлой золоченой бронзы.

На лицевой стороне ее, в лучах сияния "всевидящего ока" изображен крупный равноконечный крест, в центре которого, в венке из дубовых листьев, указано число дней продолжавшейся осады Севастополя - "349"; внизу, под крестом, вдоль края медали даты - "1855-1905". На оборотной стороне - горизонтальная надпись, славянской вязью, в четыре строки: "НА ТЯ ОУПОВАША, - ОЦЫ НАШИ: - ОУПОВАША, И - ИЗБАВИЛЪ ЕСИ Я". Эта надпись относится непосредственно к оборотной стороне бронзовой медали за Крымскую войну, о которой речь пойдет ниже.

Эта юбилейная медаль была учреждена императором Николаем II 5 октября 1904 года. Серебряная - предназначалась для награждения всех, оставшихся в живых защитников города Севастополя, включая и тех, кто находился в это время в городе по обязанностям службы, в том числе священников и женщин, которые несли службу в госпиталях. Кроме того, ею были награждены все, оставшиеся в живых, участники сражения при Альме, Балаклаве, Инкермане и Черной речке. Носили серебряную медаль на Георгиевской ленте.

Медаль из светлой золоченой бронзы была вручена членам исторической комиссии, которая к юбилейным празднествам составляла полное описание Севастопольской страды. Эти медали носили на Владимирской ленте. Писатель Лев Николаевич Толстой был награжден сразу обеими медалями. Как добровольный участник защиты Севастополя, воевавший на четвертом бастионе, он получил серебряную юбилейную медаль. А за свои правдивые "Севастопольские рассказы" (очерки) - бронзовую, золоченую.

К юбилейным торжествам были заготовлены штемпели интереснейшей мемориальной медали в память 50-летия обороны Севастополя. Резал их сын знаменитого мастера Грилехеса А. Г. - Авраам Авенирович. С лицевой стороны он изобразил портреты императоров Николая I и Александра II, а на оборотной - искусно показал план осажденного Севастополя. К сожалению, сама медаль по каким-то причинам не была выпущена в свет.

Во время одиннадцатимесячной осады города простые севастопольские женщины с самоотверженностью героинь перевязывали раненых и выносили их из боя. Многие из них были представлены адмиралом П. С. Нахимовым к награждению серебряными медалями "За усердие", а в особых случаях даже медалью "За храбрость".

Севастопольская сестра милосердия Даша Ткач, душа гарнизона, "...За самоотверженную заботу о раненых... была награждена золотым нагрудным крестом с надписью "Севастополь" и медалью"23.

23. Шебек Н. Панорама обороны Севастополя 1854-1855 гг. Симферополь, 1968, с. 76.

За особые отличия, проявленные в ночных боевых рейдах на неприятельские позиции, защитники Севастополя жаловались знаками ордена св. Георгия и медалями "За храбрость". Так, легендарный матрос "...Петр Маркович Кошка... за свои подвиги... был награжден тремя Георгиевскими крестами (солдатскими знаками отличия ордена св. Георгия) и четырьмя медалями"24.

24. Там же, с. 76-77.

Для сестер милосердия, работавших в Крыму во время войны, была отчеканена специальная серебряная медаль диаметром 39 мм, установленная по велению "Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны (жены Николая I)". На лицевой стороне ее, под императорской короной, изображен вензель императрицы - "А. Ф.", его окружает разделенная "растительным орнаментом" надпись: вверху, над короной - "Крым", справа - "1854", внизу - "1855" и слева - "1856". На оборотной стороне, под сиянием, исходящим от "всевидящего ока", пятистрочная надпись, выполненная славянской вязью: "Аминь глаголю вам понеже сотвористе единому сих братий моих меньших мне сотвористе", под надписью, внизу - восьмиконечный крестик.

В. Г. фон Рихтер в своих трудах по русской медалистике выпиской из специальной литературы подчеркивает, что "...Все они (сестры милосердия), работавшие в Крыму во время войны, получили серебряные медали с надписью "Крым - 1854-1855-1856", а знаменитая Даша Севастопольская была награждена не серебряной, а золотой медалью".

Всего в Крыму действовало 9 отрядов сестер, общей численностью 100 человек. Из них не вернулись домой 1725. Всего в этой войне принимали участие 250 сестер милосердия.

25. Бескровный Л.Г. Русское военное искусство XIX века. М., 1974, с. 276 (сноска).

Сестры милосердия Крестовоздвиженской общины, созданной по инициативе хирурга Пирогова, получили кроме вышеописанных наград еще и по одной серебряной медали такого же размера - 39 мм "...от Ее Императорского Величества Великой Княгини Елены Павловны в память милосердного служения страждущей братии во время Крымской кампании"26.

26. Рихтер В.Г. Собрание трудов... Париж, 1972, с. 94, 126, 127, 187.

На лицевой стороне этих медалей изображен лучезарный восьмиконечный крест, вокруг которого надпись славянской вязью: "Болен бех и посетисте мене"; внизу, концентрично краю медали, даны названия городов, где работали в госпиталях сестры милосердия общины: "Севастополь, Перекоп, Бельбек, Бакчисарай, Херсон, Николаев, Симферополь". На оборотной стороне - горизонтальная шестистрочная надпись: "Въ память милосердного служения страждущей братии", вокруг нее другая надпись: "Крестовоздвиженская община сестер попечения о раненых".

Существует еще одна медаль подобного рода из светлой бронзы, ее отличие от этой лишь в перечне городов, в которых работали сестры милосердия - "Финляндия Выборг Свеаборг и Або". Этой медалью награждались сестры милосердия той же общины, но работавшие во время Крымской, или Восточной, войны на Балтике.

Самому же хирургу Пирогову был прислан орден Белого Орла, и он по этому поводу писал: "...За Веру, Царя и Закон!" - значится на моей новой звезде, причем "За Веру", по прежнему статуту сего ордена означает веру в непорочное зачатие святой девы... Как же бы... я стоял за этот важный догмат... не говоря своим больным правды?"27.

27. Золотарев Б., Тюрин Ю. Тайный советник. М., 1978, с. 76.

В честь самой покровительницы Крестовоздвиженской общины Елены Павловны была выпущена памятная односторонняя медаль (диаметром 80 мм) с погрудным, влево обращенным, изображением "Великой Княгини".

Еще в апреле 1854 года был обнародован указ о добровольной записи в морское ополчение и о формировании "Резервной гребной флотилии" для использования ее в обороне береговых границ России на Балтийском море. Кроме того, в разгар боев за Севастополь, перед самой кончиной императора Николая I, вышел его "Высочайший манифест" (1 февраля 1855 года) о формировании государственного подвижного ополчения. Среди крепостных крестьян быстро распространились слухи - будто бы записавшихся в ополчение после войны освободят от крепостного права. И это казалось вполне вероятным, так как император Николай I с приходом к власти уже занимался этим вопросом и провел целый ряд мероприятий, издав в том числе закон об "обязанных крестьянах". Естественно, что в Москву народ повалил валом, бросив свои заботы в деревнях на произвол судьбы. Генерал-губернатор Москвы граф Закраевский писал по этому поводу шефу жандармов А. П. Орлову: "В Москву приходят ежедневно... для определения в... ополчение большие партии самовольно отлучившихся из имений помещиков крестьян и дворовых людей Тамбовской, Рязанской, Владимирской, Новгородской и Пензенской (губерний)"28.

28. Л инков И. Очерки истории крестьянского движения в России. 1825-1851 гг. М., 1952, с. 97.

Движимые патриотическим чувством и желанием немедленно освободиться от крепостника-помещика, крестьяне торопились стать ратниками, получить "...крест на (форменную) фуражку из желтой латуни и жалование (иногда более) 2 р. 70 к. в год"29.

Этот ополченский знак был подобием креста Отечественной войны 1812 года и по форме и по размерам - 67X67 мм, за исключением сменившегося в его розетке вензеля "А-I" на "Н-I".

29. Рихтер В.Г. Собрание трудов... Париж, 1972, с. 94, 126, 127, 187.

После падения Севастополя союзный флот пытался прорваться в Николаев, но в Днепровско-Бугском лимане натолкнулся на упорное сопротивление Кинбурнской крепости. Имея всего 13 пушек, бывшая Суворовская цитадель целых два дня оказывала сопротивление полутора тысячам корабельных орудий противника. Это предупредило дальнейшие действия союзного флота30. Была попытка противника высадиться на Таманском полуострове, но и там он встретил упорное сопротивление. В его руках, кроме Севастополя и Кинбурна, оказались Керчь и Евпатория. Но зато на Кавказе, пока велась защита Севастополя, генерал Н. Н. Муравьев сумел без всякой государственной помощи собрать дополнительные войска, организовать оборону Мигрелии и, сдержав горцев имама Шамиля, разбить турецкую армию, завладев основными опорными крепостями этого края - Ардаганом и Карсом.

30. Окунь С.Б. Очерки истории СССР. Вторая четверть XIX века. Л., 1957, с. 293.

После длительных переговоров в Париже 18 марта 1856 года главы правительств подписали мирный договор, согласно которому Севастополь и другие города Крыма были обменены на Каре и турецкие владения в Закавказье, захваченные в последний период войны генералом Н. Н. Муравьевым. Многое потеряла Россия по договору. Кроме Южной Бессарабии и устья Дуная она лишилась участия в покровительстве христианских народов Балкан и Дунайских княжеств. Но главное - потеряла на Черном море военный флот и базы, без которых Российские берега становились совершенно беззащитными. Так России пришлось познать не только радость побед, но и горечь тяжелых поражений.

Через месяц после заключения Парижского договора в "Указе Правительствующему Сенату" от 11 апреля 1856 года "Положением о роспуске государственного подвижного ополчения" был введен новый, по типу наградного, знак в память "...о службе в ополчении". По своей форме крест остался таким же, как и предыдущие, но размеры его были уменьшены до 46х46 мм, а вензель Николая I - "Н-I" - заменен на "А-II". Девиз был дополнен словом "отечество", приобретя глубокий смысл: "За веру, царя, отечество".

В "Положении..." говорится о том, что этот знак "...представляется генералам, штаб- и обер-офицерам... урядникам и ратникам носить по увольнении из ополчения... только тем... которые к тому будут представлены начальниками ополчения"31. "Относительно ношения креста ополчения, по увольнении чинов в отставку..." были установлены особые правила: "Урядникам и ратникам, вернувшимся в первобытное состояние, дозволить носить фуражку с крестом, но фуражки того образца, который был утвержден для государственного подвижного ополчения. Генералам, штаб- и обер-офицерам", уволенным в отставку, полагалось "...носить крест на груди...". Этот крест имел штифт на оборотной стороне для крепления его на одежду. Кроме того, "Положением..." также определялось, что "...подвергшиеся впоследствии суду должны быть лишены сего знака отличия"32.

31. Рихтер В.Г. Собрание трудов... Париж, 1972, с. 94, 126, 127, 187.

32. Там же.

Через пять месяцев после подписания Парижского мирного договора император короновался в Успенском соборе Кремля. Александр II был человеком высоконравственного воспитания. Учитель его - известный писатель В. А. Жуковский много сил и энергии потратил, чтобы сделать из него умного и добродетельного государя. В этот знаменательный день - 26 августа 1856 года - в день своих торжеств он включил в "Высочайший манифест... о милостивейшем даровании народу милостей и облегчений по случаю коронования..." разрешение на выезд из Сибири сосланных его отцом декабристов и даже "...многим из них возвращено утраченное дворянское достоинство"33.

33. 1861-1911. Крепостничество и воля. СПб., 1911, с. 167, 168.

Дополнениями к этому манифесту от 26 августа 1856 года были учреждены наградные медали "В память Восточной (Крымской) войны 1853-1856 гг.". Медали были отчеканены двух разновидностей - из светлой и темной бронзы, диаметром 28 мм. На их лицевой стороне изображены вензеля императоров Николая I и Александра II, увенчанные императорскими коронами и осененные лучами "всевидящего ока", находящегося над ними. Внизу, под вензелями, вдоль бортика медали, даты: "1853-1854-1855-1856". На оборотной стороне горизонтальная надпись в пять строк: "НА ТЯ - ГОСПОДИ - УПОВАХОМЪ, ДА - НЕ ПОСТЫДИМСЯ - ВО ВЕКИ".

Носили эти награды на четырех различных орденских лентах - в зависимости от степени участия награждаемых в войне. Медали из светлой бронзы на Георгиевской ленте были выданы всем воинским частям, действовавшим на Кавказе и на дунайском направлении, а также участникам Синопского морского сражения и защитникам Петропавловского порта на Камчатке.

Такой же медалью на Андреевской ленте были награждены все воинские чины - участники военных действий, не получившие медали на Георгиевской ленте, а также чины государственного подвижного ополчения и малороссийских казачьих полков, принимавшие непосредственное участие в боевых сражениях, и сестры милосердия, исполнявшие свои обязанности во время сражений на боевых позициях.

Медали из темной бронзы на Владимирской ленте выдавались всем воинским чинам и даже потомственным дворянам - старшим в роду, но последним - только для хранения в память о войне с последующей передачей потомству.

Такой же медалью, но на Анненской ленте, награждались купцы и состоятельные почетные граждане, "...которые отличили себя приношениями на издержки войны или на пособия раненым и семействам убитых".

Вместе с вышеописанными медалями в память о Крымской войне "Высочайшим манифестом" был учрежден также особый наперсный крест на Владимирской ленте. Эта награда чеканилась из темной бронзы, размером 95х58 мм. На лицевой стороне креста, в перекрестии, в лучезарном сиянии помещена в натуральную величину лицевая сторона медали в память о Крымской войне. Все четыре уширенных конца креста оформлены фигурными вырезами. Оборотная сторона его гладкая, но в перекрестии, точно так же, как и на лицевой, в лучезарном сиянии помещена оборотная сторона медали в память о Крымской войне.

Этим крестом награждалось духовенство всех христианских вероисповеданий - от священника до митрополита, - которые несли службу как в военных, так и в других ведомствах России. А духовные лица, которые принимали участие в сражениях, награждались, кроме наперсного креста, еще и медалью из светлой бронзы в память о Крымской войне. После смерти награжденного крест передавался старшему в роду или помещался на вечное хранение в божий храм - церковную ризницу.

В самый разгар Крымской войны была отчеканена еще одна серебряная медаль, диаметром 28 мм. Она связана с кончиной 18 февраля 1855 года императора Николая I и является большой редкостью. Эта медаль была вручена на Андреевской ленте небольшому числу офицеров - депутации от подшефного "6-го Прусского Королевского кирасирского имени Его Императорского Величества Николая I Бранденбургского полка", - прибывших на похороны своего шефа.

На лицевой стороне медали - погрудное, вправо развернутое, изображение Николая I без каких-либо императорских атрибутов. Вокруг него, вдоль края медали, помещена немецкая надпись, означающая в переводе - "Николай I император России". На оборотной - внутри лаврового венка, под императорской короной, вензель Николая I; под ним указан год смерти - "1855"; а по сторонам венка - даты пребывания депутации на похоронах в России: слева - "18-го февраля (по-немецки), справа - "5-го марта".

Медаль была учреждена 5 марта 1855 года - по отбытии прусской депутации из России34.

34. Гинсбург С.М. Русские награды. Алма-Ата, 1964, с. 54, п. 300.

В свое время император Николай I часто наведывался в Пруссию в свой подшефный Бранденбургский полк, благоволил к нему, привозил множество различных подарков и даже награждал его офицеров российскими орденами. Осенью 1834 года он прибыл со своим сыном цесаревичем Александром в Берлин. Будущий император Александр II (ему тогда было 16 лет) получил от прусского короля Фридриха Вильгельма чин полковника прусских войск и был, по примеру своего отца, назначен шефом 3-го, уже его имени, уланского полка и 10 ноября принял командование им на парадном смотре35.

35. 1861-1911. Крепостничество и воля. СПб., 1911, с. 143, 144.

Предчувствуя кончину, в самый разгар Севастопольской обороны Николай I наказывал сыну: "Сдаю тебе мою команду, но, к сожалению, не в таком порядке, как желал, оставляя тебе много трудов и забот. Мне хотелось принять на себя все трудное и тяжкое, оставить тебе царство мирное, устроенное и счастливое. Провидение судило иначе". И последними его словами к сыну были: "Служи России"36.

36. Там же, с. 160.

Здесь следует сказать, что в память о царствовании Николая I была отчеканена еще одна наградная медаль - в 1896 году. Она предназначалась для поощрения всех воинских чинов, служивших при Николае I.

НАГРАДЫ В ВОЙНЕ ЗА КАВКАЗ. 1840-1864 гг.

После взятия Ахульго в 1839 году на Черноморском побережье началось строительство новых укреплений - Лазаревское, Головинское. Укреплялась и береговая линия от устья реки Кубани до Мингрелии. Но не успели завершить эти работы, как вспыхнуло восстание черкесов Западного Кавказа, и они захватили часть форпостов "Черноморской береговой линии". За этим событием последовала целая серия поражений Кавказского корпуса. Шамиль, собрав большие силы, продолжал наступление, быстро расширяя границы своего имамата. Замена главнокомандующего Головина в 1842 году генералом А. И. Нейгардтом и подкрепление Кавказского корпуса свежими силами дало возможность на некоторое время остановить горцев. Но через год, набрав армию в 20 тысяч всадников, Шамиль снова развернул наступление. Он захватил большую часть Дагестана, выбил русские войска из Аварии и к 1844 году расширил свои владения более чем вдвое. Никакие старания генерала Нейгардта не помогали.

В это самое время А. П. Ермолов из Москвы писал Н. Н. Муравьеву, находящемуся в опале у императора и коротавшему время в уединении в своем имении: "...О Кавказе здесь различные слухи, но все не весьма хорошие". Он уже тогда, в 1844 году, прочил Муравьева в наместники вместо Нейгардта и уверял его, что более подходящей кандидатуры государь не отыщет: "...так ведь твои неоспоримые достоинства не только нам, но и высоким особам ведомы. Ты же кроме дарований своих над всеми этими Герштейцвейгами и Нейгардтами еще одно великое преимущество имеешь: железную волю и непреоборимое терпенье, против которого ничто устоять не может. Я знаю, что ты в походе ведешь жизнь солдатскую, а с сухарем в руке и луковицею, коими ты довольствуешься, наделаешь таких чудес, какие им и не снятся. Никто из них самоотвержением, подобным твоему, не обладает". Но судьба распорядилась иначе. Наместником на Кавказ в 1844 году был назначен М. С. Воронцов. На первых порах, в 1845 году, он сумел потеснить Шамиля и даже захватить и разрушить его резиденцию - аул Дарго. Но за это чуть сам не поплатился жизнью. С трудом вырвался из окружения горцев, потеряв всю артиллерию, обоз и три с половиной тысячи солдат и офицеров. С этого момента новый наместник повел более основательную ермоловскую тактику, благодаря которой постепенно русские войска вытеснили горцев из Чечни в горный Дагестан. У повстанцев складывалась тяжелая обстановка. Отрезанные от плодородных земель Восточного Кавказа, они начали голодать.

В это самое время, после сопровождения своего батюшки - Николая I в его поездках по западным границам России, цесаревич Александр (в возрасте тридцати двух лет) предпринял свое первое путешествие на Кавказ. Его поездки сопровождали целые отряды войск с артиллерией и множеством "туземной милиции". Однажды во время перехода из Воздвиженской крепости в Ахчай в сопровождении самого наместника Воронцова произошла небольшая стычка с разъездом горцев. Цесаревич стал невольным свидетелем преследования неприятеля; видел труп убитого горца, оружие которого было тут же преподнесено ему в память об этом случае. В донесении Воронцов писал государю о том, как он со страхом увидел, "...с какою быстротою цесаревич бросился в цепь... Беспокойство мое обратилось в истинную радость, когда я увидел, что обожаемому нашему наследнику удалось присутствовать хотя в небольшом, но настоящем деле...". В заключение наместник Кавказа просил удостоить наследника престола "...украшением достойной груди Его Императорского Величества знаком ордена храбрых"1. Так будущий император Александр II получил свою первую боевую награду - орден св. Георгия 4-й степени. А чуть позже, по возвращении в Петербург, участвуя 26 ноября в ежегодном празднестве св. Георгия, он получил из рук короля Виртембергского "орден третьей степени за военные достоинства"2.

1. 1861-1911. Крепостничество и воля. СПб., 1911, с. 157.

2. Там же, с. 158.

Вслед за отбывшим с Кавказа цесаревичем Воронцов отправил 20 сентября государю прошение об учреждении наградных медалей для поощрения "азиатцев за службу в милициях на Кавказе". И уже "...в 24 день Сентября (император Николай I) Высочайше повелеть соизволил: "...Азиатцам, не имеющим офицерских чинов, за службу в милициях на Кавказе, смотря по их достоинствам и подвигам, назначить медали меньшего размера золотые и серебряные, для ношения в петлице (помимо медали "За храбрость" на Георгиевской ленте, ранее используемой... на Анненской и Владимирской за усердие и полезное)"3. Это те же самые медали, которые служили для награждения "...при представлении к пожалованию сельских обывателей... за успехи в улучшении хозяйства... (с надписью "За полезное")"4 и государственных крестьян "...за отличие по общественной службе (с надписью "За усердие")"5. Помимо малых (нагрудных) медалей крестьяне награждались и шейными на разных лентах в зависимости от заслуг - Анненской, Владимирской, Александровской и Андреевской. Как видно из рисунка, медали идентичны, разница лишь в надписях в концентрических окружностях.

3. ПСЗ, т. XXV, № 2449.

4. Свод законов Российской империи. Книга первая, т. I-IV. М., 1910, ст. 761.

5. Каталог отечественных орденов, медалей и нагрудных знаков. Военно-ист. музей... / Сост. Е. Шевелева. Л., 1962.

Жизнь на Кавказе протекала в боевых сражениях. Шамиль стал возлагать надежды на турецкого султана. Оружие к нему все так же тайно поступало из-за моря. С еще большим рвением имам стал проповедовать среди горцев политику "газавата" - священной войны, но теперь уже за мировое торжество ислама. Духовенство внушало горцам необходимость перехода в подданство Турции ввиду ее поддержки в войне с "неверными". Шамиль писал султану: "...Считаем себя слабыми твоими подданными... Мы решили повиноваться (О, великий и всемогущий султан, тебе) до последней минуты жизни..."6

6. ЦГИА Грузи. ССР, ф. 1087, д. 353, л. 114.

В это время на южных границах назревали события, толкавшие Россию к войне с Турцией. И когда начались военные действия, Шамиль предпринял попытку соединиться с турецкой армией, но при прорыве на Лезгинской линии, у Закаталы, потерпел неудачу. В 1854 году англо-французская армия заняла Анапу и намеревалась захватить весь Кавказ. Турецкие войска Омер-паши, подготовленные английскими военными инструкторами, повели наступление на Тифлис. А Шамиль прорвался все-таки через Лезгинскую линию в Кахетии. В новом своем звании генералиссимуса, присвоенном ему султаном, он захватил Цинандали, и судьба Грузии висела уже на волоске.

Генерал М. С. Воронцов не годился в такой ситуации для роли главнокомандующего. Император Николай I вынужден был пригласить к себе Н. Н. Муравьева и лично просил его принять командование Кавказской армией. Приехав на Кавказ в 1855 году, он сумел собрать все внутренние резервы края для нанесения решительного удара по туркам, не прося у казны дополнительных средств. Огромную роль сыграла его дипломатическая тактика по отношению к Шамилю, которая способствовала удержанию имама в бездействии весь остаток войны. Не возымели действия даже обещания султана определить "...каждому горцу по десяти рублей в месяц"7. Шамиль, благодаря вернувшемуся к нему сыну, служившему ранее офицером в русской армии, несколько изменил свою позицию. Между русскими и горцами начались пограничные мирные встречи, где в процессе контактов с воинами Шамиля, включая обмен товаром, устанавливались дружеские отношения и связи. Даже сам Шамиль, одобряя политику наместника Муравьева, прислал ему "...с прибывшим для переговоров об обмене пленных чиновников изъявление своего почтения"8.

7. Задонский Н. Жизнь Муравьева. Документальная историческая хроника. М., 1985, с. 441 (сноска на документ - п. 65).

8. Муравьев Н.Н. Война за Кавказом. СПб., 1877. т. 11.

К концу Крымской войны, когда турецкая армия была разгромлена, Шамиль окончательно потерял надежду на положительный исход событий.

Русская армия была сильна, и борьба с ней предстояла трудная. Но главная сложность заключалась в том, что имамат претерпевал глубокий кризис. К этому времени все влиятельные мюриды Шамиля - наибы, уздени и шейхи - обогатились от присваиваемых крестьянских взносов на священную войну и превратились сами в типичных феодалов. Все это происходило на глазах простых горцев, положение которых только ухудшалось. Авторитет имамата падал. Социальные противоречия, большие людские потери за долгую войну и само жестокое правление Шамиля вызывали возмущение простых горцев. Они стали отходить от войны с русскими и даже восставать против самого имама.

После завершения Крымской войны Кавказская армия была доведена до 200 тысяч человек. Началось решительное наступление на горные районы Чечни с прочным закреплением занятых территорий. Шамиль был оттеснен войсками генерала Евдокимова в горные районы Дагестана. Отрезанный от Чечни, он лишился продовольственной базы. В горах, где скрывались воинственно настроенные горцы, начался повальный голод. Под давлением русской армии районы Дагестана постепенно стали превращаться в мирные поселения, и только имам, отступая все дальше в горы, продолжал с горсткой мюридов оказывать сопротивление. Но дни его свободы уже были сочтены. 1 июля 1859 года русские войска выбили его из аула Ведено, и он с оставшимися своими 400 отчаянными приверженцами бежал в свое последнее убежище - хорошо укрепленный аул Гуниб, находящийся в горном Дагестане и расположенный на высокой горе.

Предстояло жестокое сражение. Командующий русскими войсками, обложившими укрепление, генерал-адъютант князь А. И. Барятинский 22 августа направил в аул письмо с обращением, в котором писал: "...Чтобы избежать нового пролития крови для окончательного водворения в целом крае спокойствия, я требую, чтобы Шамиль неотлагательно положил оружие. Если он исполнит мое требование, то я... объявляю ему... на Гунибе полное прощение..." И тут же - "По сдаче Шамиля Государь Император сам изволит определить размер денежного содержания ему с семейством... Если же Шамиль до вечера завтрашнего дня не воспользуется великодушным решением Императора... то бедственные последствия его личного упорства падут на его голову и лишат его навсегда объявляемых ему мною милостей"9. Но предложение Шамилем было отвергнуто. Три дня с горсткой мюридов и одной пушкой он ожесточенно отбивался от осаждавших, хорошо вооруженных русских войск. 25 августа 1859 года Гуниб был взят штурмом. Сам Шамиль вынужден был сдаться с горсткой оставшихся в живых людей. "30 августа пушечные выстрелы с Метехского замка... возвестили о взятии Шамиля и покорении Восточного Кавказа, - писали армяне генералу Барятинскому, - и мы от мала до велика были в упоительном восторге от успехов русского оружия"10. Подобные поздравления посыпались на имя Барятинского от других народностей Кавказа.

9. Русская старина, 1880, № 29, с. 99.

10. Там же, с. 100.

В честь такой знаменательной победы 15 июля 1860 года императором Александром II была учреждена серебряная медаль, диаметром 28 мм.

На ее лицевой стороне, под императорской короной, изображен во все поле вензель Александра II. На оборотной - вдоль бортика медали, круговая надпись: "ЗА ПОКОРЕНИЕ ЧЕЧНИ И ДАГЕСТАНА"; внизу, между началом и концом надписи, изображена маленькая восьмилепестковая розетка. В середине медали указаны (в четыре строки) даты продолжения военных действий после Крымской войны: "ВЪ - 1857, 1858 - И - 1859."

Награждались ею все участники событий - от генерала до рядового, - в том числе все чины кавказской милиции, различные волонтеры, а также священники, медики, чиновники и нестроевые чины, находившиеся во время военных экспедиций и исполнявшие свои обязанности при войсках.

Медаль вручалась на комбинированной Георгиевско-Александровской ленте.

Встречаются подобные награды, выполненные из светлой бронзы.

Отличившиеся в сражениях нижние чины были награждены знаками отличия ордена св. Георгия различных степеней, а представители иноверческого населения (мусульмане) отмечались такими же "малыми" медалями, что и при Николае I, с той лишь разницей, что на лицевой стороне их теперь уже помещалось профильное изображение императора Александра II. Вручались медали с теми же лентами, что и при прежнем государе.

Пленение Шамиля произвело паническое воздействие на остальных воинственно настроенных горцев. Племя абадзехов сразу же добровольно сложило оружие, и с этого момента началось покорение Западного Кавказа.

Еще в 40-х годах русские оттеснили от прибрежной полосы Черного моря коренных жителей тех мест - убыхов и натухайцев, или черкесов, как они именовали себя сами, и построили по всему побережью укрепления "Черноморской линии". Оттесненные в горы и глухие прибрежные ущелья, черкесы часто нападали на форпосты с русскими гарнизонами, чтобы вернуть себе выход к морю. В 1840 году они даже сумели ненадолго отвоевать большую часть береговой полосы "Черноморской линии" с четырьмя укреплениями. Такому сопротивлению горцев активно содействовали Англия и Турция, стараясь разжечь пожар до восстания всего населения Северо-Западного Кавказа. Через различных авантюристов, таких как известный английский контрабандист Джемс Белл, который наведывался к берегам Кавказа под видом посланника английского короля, тайно поставлялось оружие местному населению. С другой стороны, Шамиль пытался призвать всех адыгейцев под свои знамена. С этой целью он направил на Западный Кавказ своего наместника наиба Мухаммеда-Эмина, который вошел в доверие к влиятельным адыгейцам и сумел организовать в 1851 году крупное черкесское восстание. Во время Крымской войны он пытался склонить горцев к выступлению против России на стороне Турции. Но адыгейцы отказались от провокационных планов чужого шефа. Простой народ понимал, какая тяжелая судьба будет их ожидать с приходом турок.

Однако и после завершения Крымской войны население Северо-Западного Кавказа продолжало оказывать сопротивление русской армии. Узнав о поимке Шамиля, Мухаммед-Эмин со своими горцами добровольно сложил оружие, но садзы, населявшие ущелья прибрежной полосы между Адлером и Гагринским мысом, чухачи, жившие в долине реки Мзымта, и черкесы - в долине реки Сочи, продолжали упорное сопротивление. В 1861 году в этом районе в целях координации борьбы с русскими был создан "меджлис вольности черкесской". Это что-то вроде совета местных властей территории, разделенной на округа. Было установлено положение, по которому от каждых двадцати дворов снаряжалось для черкесской армии сопротивления по одному всаднику.

11 сентября 1862 года, желая лично узнать положение дел на Кавказе, в Тифлис прибыл Александр II, теперь уже как полновластный государь. За время своего пребывания на Кавказе он принял около 60 депутаций11 от непокоренных еще горских племен, которые являлись с просьбой принять их в российское подданство. В это же время явились к царю на аудиенцию и представители сочинского "меджлиса". Чтобы не было больше тревог на форпостах "Черноморской береговой линии", император предложил черкесам навсегда переселиться за горный хребет в прикубанскую долину. Но горцы отказались покинуть свои родные приморские места. И снова началась упорная борьба.

11. 1861-1911. Крепостничество и воля. СПб, 1911, с. 188.

В 1863 году Барятинский вследствие болезни оставил пост наместника Кавказа, а на его место император назначил своего брата Михаила Николаевича. Огромные военные силы были брошены на покорение западной части хребта и прилегающих к нему районов. Дело усмирения горцев двигалось довольно быстро. К концу 1863 года была уже покорена вся Кубанская область. И только приморские черкесы, населявшие долины рек Мзымты (у Адлера), Сочи и находящиеся между ними глухие ущелья, оказывали упорное сопротивление, принимая на себя порой безысходную, жестокую участь. Когда некуда уже было отступать, они, связанные между собой ремнями, целыми гроздьями бросались в пропасть, только бы не попасть в плен. Женщины-горянки дрались с особым остервенением, не уступая мужчинам в сражениях с русскими. И только в мае следующего года было подавлено это последнее сопротивление. 21 мая 1864 года русские войска заняли урочище Кбааду (ныне Красная Поляна). Этот день вошел в историю как дата завершения многолетней борьбы за объединение всего Кавказа и его присоединение к России.

По завершении этой долгой войны императором Александром II была учреждена 12 июля 1864 года наградная серебряная медаль, диаметром 28 мм. На ее лицевой стороне - погрудное, влево обращенное, изображение Александра II без каких-либо надписей и императорских атрибутов. Под обрезом плеча видна мелкая надпись медальера - "Н. Козин Р." (Н. Козин Резал). На оборотной - круговая надпись: "ЗА ПОКОРЕНИЕ ЗАПАДНАГО КАВКАЗА"; внизу медали, между началом и концом надписи, помещена четырехлепестковая розетка; в середине - указаны (горизонтально) годы ведения основных наступательных действий до полного присоединения Кавказа: "1859-1864".

Медалью награждались все чины армии, в том числе и войска местной кавказской милиции, различные волонтеры, а также чиновники, священники и весь медперсонал, находившиеся при войсках в период военных действий и исполнявшие свои обязанности во время боевых экспедиций. Существует и второй вариант серебряной медали - без подписи медальера, на которой портрет императора существенно отличается от того, что изображен на козинской медали. Эта прекрасная работа принадлежит неизвестному частному мастеру. На ушке медали стоит клеймо "ДНД". Такой экземпляр представляет крайнюю редкость. Медали подобного рода встречаются также из светлой и даже темной бронзы. В официальных источниках они не числятся, а поэтому назначение и роль их непонятны.

Одновременно с медалью "За покорение Западного Кавказа" 12 июля 1864 года был учрежден наградной крест "За службу на Кавказе". Отчеканено было четыре его разновидности, три из которых - золотой, серебряный и из светлой бронзы - одинакового размера - 48х48 мм. Отличаются они лишь качеством исполнения. Два первых изготовлены с накладными мечами, розеткой и надписями; на оборотной стороне они имели штифты для крепления к одежде. Бронзовый чеканился из цельной заготовки и на обороте имел простую булавку. Четвертая разновидность - уменьшенный крест из светлой бронзы, размером 34х34 мм. Награждались крестами все чины армии, принимавшие активное участие в войне с горцами с 1859 по 1864 год. Награждение тем или иным крестом проводилось в зависимости от чина и заслуг.

Бронзовым крестом награждались все нижние воинские чины, в том числе и местной кавказской милиции, волонтеры, принимавшие участие в различных сражениях, а также все чиновники, священники и медики, исполнявшие свои обязанности во время боевых операции против горцев12.

12. Рихтер В.Г. Собрание трудов... Париж, 1972, с. 133, 163 (п. 2), с. 97 (п. 111).

Крест четырехконечный, с уширенными концами, в центре его круглый щит с изображением российского государственного герба (двуглавого орла), щит пересекают два скрещенных рукоятями вниз меча; на концах креста надписи: на левом - "ЗА СЛУЖБУ", на правом, как продолжение надписи, - "НА КАВКАЗЪ"; на верхнем конце помещен вензель Александра II, на нижнем - "1864". Оборотная сторона креста гладкая, имеется лишь булавка для крепления к одежде. Носили крест на левой стороне груди, ниже всех орденов.

Впоследствии форма этого креста перекочевала в полковые знаки нескольких воинских подразделений, отличившихся в свое время в сражениях с горцами на Кавказе, и стала их фоном, а в некоторых случаях даже составной частью накладных элементов. Например, в знаке 18-го драгунского Северского полка крест является фоном, на котором размещены составляющие знак накладные элементы: дата, вензеля, корона и прочее. Другой пример, когда "Кавказский крест" стал накладным элементом полкового знака, помещенным на фоне золотого венка в виде лавровых и дубовых ветвей, связанных внизу лентой с надписью "51 пех. Литовск. полк" (51 пехотный Литовский Его Императорского Величества Наследника Цесаревича полк)13. Подобной составной частью он является еще в четырех полковых знаках, но это особая тема14.

13. Андоленко С. Нагрудные знаки русской армии. Париж, 1966, с. 117.

14. Там же, с. 93, 171, 172.

Ко всем вышеописанным наградам кавказской эпопеи необходимо присовокупить еще одну медаль, которая как бы завершает эту наградную серию. В 1871 году, после завершения крестьянских реформ, император Александр II в третий раз пустился в путешествие, теперь уже по окончательно замиренному Кавказу, чтобы ознакомиться со сложившейся там обстановкой. Его, как и отца Николая I в свое время, сопровождал большой конвой конных горцев из местного населения. По примеру своего покойного батюшки он тоже приехал на Кавказ не с пустыми руками. По его личному распоряжению были заготовлены серебряные медали, диаметром 28 мм, такие же, какие были в 1837 году15. Разница заключалась только в смене портрета на лицевой стороне, добавлении в круговую надпись слова "САМОД." (самодержец) и изменении на обороте даты - "1871 ГОДА". По сравнению с другими наградами Кавказской войны эта медаль, как и ее подобие - "Кавказъ 1837 года", является очень редкой ввиду относительно малого числа награжденных ею горцев.

15. Гинсбург С.М. Русские награды. Алма-Ата, 1964, с. 79, п. 439.

Наше повествование осталось бы незавершенным, если бы мы не сказали о дальнейшей судьбе главного действующего лица Кавказской войны - Шамиля.

Аул Гуниб после трехдневного сопротивления имам все-таки сдал "на почетных условиях"16, после чего был отправлен в Петербург, а затем (вместе со своей семьей) на поселение в Калугу, где вел беспокойную для окружающих жизнь.

16. БСЭ. М., 1978, т. 29, с. 278 (821).

В 1870 году он добился от государя императора разрешения на выезд из России и отправился на богомолье в Мекку, где через год умер от открывшихся многочисленных ран.

предыдущая страница / следующая страница
десктопная версия страницы


МЕНЮ САЙТА wap.cartalana.org


contact: koshka@cartalana.org
wap.cartalana.org 2011-2020